Обзор мультфильма «История игрушек 5»: он поднимает очень серьезные темы

Хотите почувствовать себя старыми? Прошел тридцать один год с момента выхода первой «Истории игрушек». А дети, которые плакали на третьей части в 2010 году, теперь сами покупают билеты и берут с собой своих детей. Pixar умеет работать на поколения. Эндрю Стэнтон, аниматор, нанятый студией еще в 1990 году, написавший сценарии для всех частей, наконец сел в режиссерское кресло франшизы. И создал мультфильм за три с половиной года, вдвое быстрее стандартного производственного цикла Pixar. Обычно Pixar рожает медленнее.

Тема пятой части звучит так: дети перестали играть в игрушки, потому что все сидят в гаджетах. Восьмилетняя Бонни получает планшет «Лилипад» — говорящую лягушку, которая немедленно становится всем ее миром. И эта цифровая зараза расселяется по всему кварталу. Расстановка персонажей в пятой части устроена так: Джесси впервые становится настоящим протагонистом и это меняет весь эмоциональный центр фильма. Вуди при этом не исчезает: он появляется по ее зову, лысеющий и в красном пончо, и его роль кроется в поддержке. Это важная передача эстафеты, которую франшиза готовила с четвертой части.

Базз существует в двух версиях одновременно: романтический партнер Джесси и армия из пятидесяти идентичных копий. Новые персонажи — устаревший туалетный тренажер (лучшее добавление со времен Вилкинса), детская камера и гиппопотам с GPS — работают как полноценные носители темы: каждый из них был любимой инновационной игрушкой, а потом стал мусором в сарае. Их сюжет — это весь фильм в миниатюре. «Лилипад» как антагонист не совсем злодейка, она просто лучше справляется с задачей, которую раньше выполняли игрушки. Это делает конфликт куда более интересным, чем если бы планшет просто хотел завоевать мир. При этом мультфильм не демонизирует планшет — в финале у «Лилипад» есть свое искупление.

Технически Pixar снова делает то, за что их любят и ненавидят одновременно: анимация настолько безупречна, что мозг перестает воспринимать ее как анимацию. Саундтрек Рэнди Ньюмана — его десятое сотрудничество с Pixar — при этом вплетает мелодию When She Loved Me (она играла во второй части) прямо в партитуру так аккуратно, что замечаешь это только когда уже слишком поздно сопротивляться. Тейлор Свифт с Джеком Антоноффом написала финальную песню для титров — и она, судя по чужим реакциям, прилипает немедленно и надолго. Мне не очень зашло.

Глубинная составляющая фильма — не совсем в теме гаджетов. «История игрушек 5» — это снова про страх стать ненужным. Про игрушки, которые смотрят, как дети уходят, и чувствуют то, что чувствуют родители, глядя на взрослеющих сыновей и дочерей. Джесси боится не планшета, она боится повторения своей истории: снова полюбить, чтобы снова оказаться в коробке. И самое приятное, что Pixar поднимает ее без лишнего пафоса, через сцены, которые работают на детей как приключение, а на взрослых как удар. Франшиза, начавшаяся как история про то, что игрушки оживают, за тридцать один год превратилась в историю про потерю, неизбежность и то, как любить кого-то, зная, что он уйдет. Это серьезная тема даже для взрослой драмы, что уж говорить о мультфильме.

Единственная претензия к мультфильму — структурная: линия армии Баззов долго не стыкуется с основным сюжетом и временами ощущается как материал из спин-оффа. Стэнтон при этом уже говорит о том, что жизненный цикл «Игрушек» не совсем закончен, но пятая часть — последняя, которую он сам будет режиссировать. Человек, проведший в этой вселенной больше тридцати лет, говорит «до свидания» и одновременно открывает дверь для продолжений.