«Не хочу потерять азарт, с которым выхожу на сцену»: Алёна Сергеева — о женском стендапе

«Афиша» продолжает серию интервью со стендап-комиками, выступающими в Узбекистане. Ранее мы поговорили с Алексеем Филипенковым и Тарасом Косымбаровым, а теперь очередь Алёны Вагаповой.

Алёна Вагапова, выступающая под псевдонимом Алёна Сергеева, — стендап-комик и IT-специалист. Она вернулась в Ташкент после семи лет жизни в Санкт-Петербурге и начала выступать на местной сцене.

Вы вернулись в Ташкент после семи лет жизни в Санкт-Петербурге. Когда впервые задумались о стендапе?

Я ходила на стендап в Санкт-Петербурге и давно хотела попробовать сама. Даже пыталась записаться на открытые микрофоны, но там была большая конкуренция, и я никак не могла попасть. Так продолжалось примерно полгода. При этом у меня уже были заметки, наблюдения и какие-то шутки, которые я собирала в один монолог.

В Ташкенте уже выступал мой брат. Однажды я пришла поддержать его и в какой-то момент решила: почему бы наконец не попробовать самой? Это было примерно за две недели до Нового года. Наверное, мне понадобилось четыре-пять лет, чтобы набраться смелости и выйти на сцену.

Помните свое первое выступление?

Очень хорошо. Я переживала, что все, что написала, окажется какой-то ерундой и никому не будет смешно. Особенно волновалась из-за того, что в зале сидел брат. Но когда люди начали смеяться, я поняла, что, кажется, у меня всё-таки есть чувство юмора.

Первое выступление прошло довольно хорошо, и возможно, именно поэтому последующие неудачные выходы переживались особенно тяжело.

Но сам стендап дает очень много эмоций: адреналин, радость от того, что ты рассмешила людей, ощущение, что тебя услышали. Это и самореализация, и своеобразная подпитка.

Почему именно стендап, а не другой творческий формат?

Мне нравится, что это индивидуальный жанр. Не нужно ассоциировать себя с какой-то группой или форматом — ты просто выходишь и говоришь о том, что тебе интересно.

Для меня стендап стал площадкой, где можно выразить себя и быть услышанной.

Наверное, комики в какой-то степени эгоцентричные люди. Нам нравится делиться своими мыслями с большой аудиторией и получать реакцию.

Как менялся ваш юмор с первых выступлений?

С опытом появляется уверенность. В начале я выступала довольно неуверенно, иногда даже с какой-то агрессией по отношению к залу. Со временем начинаешь лучше понимать аудиторию, замечать, на что люди реагируют, и находить собственный голос.

Поначалу многие могут невольно копировать других комиков. Но зритель чувствует, когда ты неискренен.

Мне кажется, лучше всего работает то, что действительно твое. Чем больше выступаешь и наблюдаешь за жизнью, тем интереснее становится материал.

Бывают моменты, когда хочется все бросить?

Конечно. Особенно после нескольких неудачных выступлений подряд. У меня был период, когда примерно две недели я ходила расстроенная и думала, стоит ли вообще продолжать. Но потом начинаешь скучать по сцене и возвращаешься.

Мне нравится одна мысль, которую я слышала от комика: «После хорошего выступления помни о нем только сегодня, а после плохого — тоже только сегодня. Не стоит слишком долго зацикливаться ни на успехе, ни на провале».

Кроме того, очень помогает поддержка других комиков. И, конечно, понимание того, зачем тебе вообще нужен стендап.

Вы выступаете в стране, где стендап-сцена пока преимущественно мужская. Чувствуете ли вы, что к женщинам-комикам относятся иначе?

Иногда да. Например, некоторые зрители, особенно из более консервативной среды, могут странно реагировать, когда женщина использует мат или шутит на сексуальные темы. В такие моменты они перестают воспринимать тебя именно как комика и начинают обращать внимание на то, что подобное говорит женщина.

Бывает и такое, что после «Баттла», «Прожарки» люди предполагают, будто мои шутки написал муж. Приходится, доказывать, что я сама пишу материал. У нас с мужем совершенно разные стили и темы.

Из-за подобных реакций иногда чувствуешь себя менее свободно на сцене. Но я думаю, что со временем зрители привыкают к женщинам в стендапе.

Есть ли разница в реакции мужчин и женщин на шутки о браке, отношениях?

Я не могу сказать, что замечаю какую-то принципиальную разницу, особенно среди людей, которые регулярно ходят на стендап. Женщины, возможно, охотнее поддерживают женщин-комиков, но вообще юмор не должен быть разделен по гендеру.

Некоторые темы — могут удивлять мужскую аудиторию. Но я считаю, что об этом все равно нужно говорить, если у тебя есть хорошая шутка. Мужчинам тоже полезно слышать о женском опыте.

Приходится ли женщинам-комикам доказывать, что они смешные?

Лично я не могу сказать, что постоянно это чувствую. Но определенное предубеждение иногда заметно, особенно в аудитории, где больше мужчин и люди не очень хорошо знакомы со стендапом.

Кто-то может изначально ожидать, что женщина будет выступать менее смешно. Но если она выдает хорошую шутку, реакция иногда бывает даже сильнее. У более опытной аудитории такого разделения уже почти нет.

Думаю, здесь еще играет роль количество комиков. Мужчин на сцене больше, поэтому один неудачный комик не создает общего впечатления о мужчинах в стендапе. А если женщин меньше, то неудачное выступление одной из них могут заметить сильнее.

При этом после выступлений ко мне часто подходят мужчины и говорят, что им понравился мой материал.

Вы часто шутите о браке и отношениях. Как решаете, что из личной жизни можно вынести на сцену?

Я шучу о том, что происходит в моей жизни. Если сейчас мне интересны отношения или свадьба, я могу писать об этом.

Но я не выбираю одну тему на всю жизнь — скорее, работаю определенными блоками.Все, что происходит вокруг и кажется мне потенциально интересным или смешным, может стать материалом.

В первую очередь я, конечно шучу над партнером — чтобы посмеяться над ним и потом доказать, что была права. Но в итоге мы смеемся над ситуациями, которые многим знакомы. Мне нравится, когда зрители узнают себя в шутках и чувствуют, что мы говорим об одном и том же.

Случается ли, что зрители воспринимают шутки буквально и судят о вас по сценическому образу?

Я особо не переживаю из-за этого.

Мой сценический образ — не отдельный персонаж. Это в основном я сама, просто с некоторым преувеличением.

Люди, которые понимают комедию, обычно считывают этот прием. Я не чувствую необходимости после каждого выступления объяснять, где была шутка.

Можно ли шутить о том, чего сам никогда не переживал?

Зависит от темы. Мне не очень близка идея, что человек обязательно должен что-то пережить, чтобы иметь право об этом шутить.

Иногда отсутствие личного опыта, наоборот, позволяет посмотреть на ситуацию под другим углом и заметить что-то неожиданное.

Но если речь идет о фактических или исторических вещах, конечно, нельзя просто придумывать обстоятельства.

Как понимаете, что шутка действительно работает?

В первую очередь по реакции зала.

Во время выступления я не думаю о том, как выгляжу или насколько уверенно стою на сцене. Мне важно, чтобы шутка сработала.

Если материал несколько раз подряд вызывает смех на разных выступлениях, я оставляю его. Если не работает — переписываю. Есть даже такое правило: «В хорошем стендап-сете смех должен звучать примерно каждые 30 секунд».

Что сложнее: придумать шутку или выступить с ней?

Придумать.

Самое сложное — найти новую, интересную тему, о которой еще не говорили очевидным образом. Выступить с готовым материалом для меня проще, чем написать его.

Вы адаптируете материал под узбекскую аудиторию?

Не могу сказать, что специально подстраиваю шутки под Узбекистан. Я здесь живу, поэтому мой материал и так во многом связан с местной действительностью.

Когда комики выступают в другой стране, они могут добавлять местные отсылки, чтобы быстрее наладить контакт с аудиторией. А у нас на сцене есть темы, которых комьюнити старается избегать: религия, политика и особенно чувствительные местные вопросы.

Как реагируете, когда за пределами сцены узнают, что вы комик, и просят рассказать шутку?

Это довольно частая ситуация. Но, честно говоря, просьба «расскажи шутку» — не самая удачная идея.

Шутка, которая работает на сцене перед большой аудиторией, не обязательно сработает в небольшой компании.

Комики не всегда самые смешные люди в обычной жизни. Многие из нас довольно закрытые, много думают и могут быть не в настроении. У нас тоже есть эмоции, и мы не обязаны постоянно развлекать окружающих. «Если человек начинает воспринимать меня как клоуна, я могу один раз ответить максимально несмешно».Обычно после этого просьбы прекращаются.

Стендап помогает справляться с трудными периодами в жизни?

Юмор был для меня способом справляться с разными ситуациями еще до стендапа. Мне кажется, многие комики используют его, чтобы переосмыслить собственный опыт.

Стендап позволяет взять какой-то сложный период, посмотреть на него с иронией и превратить в материал.

Когда можешь найти в ситуации что-то смешное, она уже не кажется такой тяжелой. Для меня это еще и способ сохранять внутренний баланс.

Насколько вам важно, чтобы зрители узнавали себя в ваших выступлениях?

Я не разделяю эти вещи. Я рассказываю о том, что меня волнует и затрагивает, а особенно приятно, когда аудитория узнает в этом собственный опыт. Получается, что мы говорим о чем-то общем, просто каждый со своей стороны.

Чего, на ваш взгляд, сейчас не хватает русскоязычному стендапу в Узбекистане?

Хотелось бы, чтобы больше людей приходили в стендап и оставались в нем. Сейчас в локальной сцене не так много новых комиков, которые начинают выступать, и еще меньше тех, кто продолжает.

Нам не хватает площадок, медийности и контента о местных комиках. Я смотрю на Казахстан и восхищаюсь тем, насколько там развита стендап-сцена и вся медийная экосистема вокруг нее: производство контента, продвижение, маркетинг.

Хочется, чтобы у нас тоже было больше возможностей для развития, чтобы комики собирали сольные концерты и выступали не перед пятью зрителями — мамой и бабушкой.

Что стендап дает вам помимо сцены?

Это возможность самовыражаться.

У меня есть основная работа в IT, которая не связана с творчеством, и стендап помогает сохранять баланс.

Раньше мне постоянно нужна была какая-то площадка, где я могла бы высказываться: Telegram-канал, Instagram. Сейчас большую часть этой потребности закрывает стендап.

Есть ли у вас любимая шутка из собственного материала?

Да: «Раньше работала в колл-центре, сейчас поднялась — теперь в прикол-центре работаю».

Она довольно глупая, но мне нравится. И до сих пор смешит людей.

Каким вы видите свое будущее в стендапе через пять лет?

В идеале у меня уже будет записанный сольный концерт.

И главное — чтобы я не потеряла тот интерес и азарт, с которыми сейчас выхожу на сцену.

Что бы вы посоветовали себе перед первым выступлением?

Наверное, ничего. Я считаю, что все в прошлом сложилось так, как должно было сложиться. Если что-то изменить, можно нарушить то, что произошло потом. «Эффект бабочки».

Я долго думала, что буду жалеть, если так и не попробую стендап. Но когда наконец вышла на сцену, почувствовала, что все случилось вовремя.